Содержание сайта =>> Российское гуманистическое общество
Сайт «Разум или вера?», март 2003, http://razumru.ru/humanism/givishvili/31.htm
 

Г. В. Гивишвили. ГУМАНИЗМ И ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО

Глава VII. ОБЩЕСТВЕННАЯ ПРАКТИКА ГУМАНИЗМА

<< Предыдущая страница Оглавление Следующая страница >>

§ 31. Чем экономика отличается от хозяйствования?

▪ Суть экономики.
▪ Отличие экономики от хозяйствования.
▪ Частная собственность.
▪ Отличие частной собственность от личной и общественной.

Древнеегипетская, месопотамская, китайская, индийская и персидская цивилизации возникли во втором – третьем тысячелетии до н. э. Однако первые ростки современной промышленности появились на Востоке только в прошлом столетии. И что следует отметить особо – под влиянием Запада. Стало быть, на протяжении 40 – 50 веков хозяйства традиционных цивилизаций топтались практически на одном месте. В течение невообразимо долгого времени крестьянин с мотыгой или сохой, да ремесленник с нехитрым инструментом оставались единственными производителями материальных благ.

Странное дело, их было много больше, чем потребителей их продукции: вельмож, чиновников, жрецов, «царских людей», самих царей. И трудились они, не покладая рук. Тем не менее, их жизнь от рождения до смерти протекала между берегами бедности и нищеты. Спрашивается: неужели им не хотелось как-то облегчить свою судьбу? Поверить в это трудно. Все хотят для себя лучшей доли. Что же мешало им изменить свою жизнь? Во-первых, отсутствие демократии, во-вторых – частной собственности.

Авторитарные режимы традиционных цивилизаций существовали за счет сословного неравенства. Крестьяне и ремесленники, составлявшие основу пирамиды этого неравенства, целиком и полностью зависели от воли обитателей ее вершины. Были ли власть имущие заинтересованы в улучшении жизни своих кормильцев? Никаким образом. Богатого и независимого держать в роли слуги куда труднее, чем бедного и зависимого. Поэтому интерес верхов состоял в том, чтобы ничего не менять в положении низов. Тем более что за долгие века трудов вторых, первые скопили несметные богатства. Им ли было менять что-либо в издревле заведенных порядках? Что с того, что их богатства не работали, а лежали (хранились) мертвым грузом в сундуках и тайниках. Даже будучи мертвыми, золото и драгоценности исправно несли свою службу сторожевых псов – охраняли покой своих хозяев, вызывая зависть их соседей.

Но что демократия могла дать крестьянам и ремесленникам такого, что волшебным образом изменило бы их жизнь к лучшему? Помнится, Булгаковский герой Шариков ратовал за то, чтобы «отнять и поделить»: силой отнять неправедно нажитые богатства и раздать их бедным. Тогда, дескать, и справедливость восторжествует, и бедность исчезнет. Истории ведомо множество попыток решения проблемы бедности и богатства именно таким путем. В частности, у нас в стране под (приписываемым В. Ленину) лозунгом «Грабь награбленное!» большевики мечтали установить рай на земле. Увы, ни у нас, ни где-либо еще этот метод никогда не срабатывал. Бедность не исчезала, а на место одних элит приходили другие. Понятно – почему. Менялись лишь лица, стоящие у власти, тогда как система отношений между людьми оставалась неизменной.

История учит, что нет другого средства покончить с бедностью, кроме как дать свободу рук производителю.

Это означает, что производитель должен иметь возможность стать полноценным хозяином, т. е. стать экономически и политически независимым человеком. Его инициативы не должны сковываться законодательными рогатками. Они должны стимулироваться соображениями одной лишь экономической целесообразности, плюс, разумеется, личной выгоды. И лишь при выполнении всех этих условий можно ожидать реальной отдачи – избавления общества от бедности.

Политические предпосылки роста благосостояния создает демократия, экономические – частная собственность.

В этой связи встает вопрос: чем частная собственность отличается от личной? Чаще всего между ними ставят знак равенства. В действительности же разница между ними примерно такая же, как между скульптурой Мирона «Дискобол» и живым атлетом – дискоболом. Скульптура украшает музей, атлет живет и участвует в соревновании.

Личная собственность осуществляет одностороннее движение денег 39 (ценностей), частная – двустороннее движение капитала.

Личная собственность удовлетворяет интересы ее владельца, частная – порождает позитивный общественный эффект. Она – живая кровь рыночного производства. Определяя и регулируя спрос и предложение, она создает полноценное рыночное хозяйство, т. е. экономику.

Здесь мы вновь должны заметить, что между рыночным и традиционным хозяйством – огромная дистанция. Первое понятие происходит от греческого слова oikonomia, что означает бережливое, рачительное ведение домашнего хозяйства. Второе ничем не связано с бережливым и рачительным хозяйством. Во времена оные египетский фараон Хеопс предпринял безумно расточительную, с экономической точки зрения, затею – строительство гигантской каменной усыпальницы. Как и следовало ожидать, строительство не столько способствовало повышению благосостояния нации, сколько до предела истощило ее силы.

Четыре с половиной тысячи лет спустя, генсек КПСС Л. Брежнев «открыл Америку», заявив, что «экономика должна быть экономной». Однако открытие это ничего не изменило в способе ведения народного хозяйства СССР. Оставаясь ориентированной на далекий от нужд людей «план», оно надорвалось, не выдержав гонки с экономикой США. Так подтвердилась истина, известная еще А. Смиту, что только рыночное хозяйство может позволить себе роскошь производить и пушки, и масло одновременно. Внерыночному же хозяйству в самом благоприятном случае дано управляться не более чем с одним из двух производств. Да и то, лишь на короткой, спринтерской дистанции.

Чем же американский фермер и предприниматель «побили» советских колхозника и директора предприятия? Тем же, что дало им возможность оторваться от крестьянина и ремесленника традиционных восточных цивилизаций: их хозяйство опиралось на частную, а не на личнуюсобственность.

И фермер, и предприниматель кровно заинтересованы в двух вещах.

Во-первых, в том, чтобы стимулировать и расширять свое производство, разумно вкладывая (инвестируя) в него свою частную собственность (капитал). Во-вторых, чтобы получать с продаваемой продукции максимальную отдачу (прибыль). Таким образом, формула отличия частной собственности от личной имеет такой вид: частная собственность служит развитию рынка и повышению благосостояния нации в целом; личная собственность замыкается на себе, удовлетворяя амбиции элиты или отдельного индивида, и ничего не меняет в уровне благосостояния большинства нации.

Традиционные цивилизации, как говорилось выше, не были заинтересованы в предоставлении производителям права владения и распоряжения собственностью как капиталом. Его впервые в истории завоевали и передали в «дар» соседям-европейцам древние греки.

Чем же их подход к понятию собственности отличался от традиционного? Отличие касалось одного, но принципиально важного пункта – земельной собственности. Восточный обычай допускал три вида земельной собственности: государственную (царскую), храмовую (церковную), общинную. Общинное землепользование означало, что земля находится в ведении не частных лиц, а общины в целом. Разумеется, каждый крестьянин самостоятельно обрабатывал свой участок. Но юридически он не принадлежал ему как собственность в рыночном смысле. Он не мог пускать землю в товарный оборот, т. е. продавать и прикупать, сдавать в аренду  т. д. Более того, время от времени община перераспределяла участки между общинниками. Так, чтобы каждый хозяин имел бы шанс годик-другой «по справедливости» попользоваться лучшим участком. Тем самым крестьянин и юридически, и фактически оставался зависимым от общины и от государства. Мог ли он чувствовать себя полноценным хозяином? Был ли он кровно заинтересован в повышении производительности и эффективности своего труда? Был ли у него стимул увеличивать объемы своей продукции? Нет, нет и нет. Вот и ответ на вопрос об одной из причин застоя традиционных цивилизаций и поражения СССР в экономическом соревновании.

Почему именно земля выступала и выступает как главный объект частной собственности? Почему не скот, не строения, не золото или предметы роскоши? Потому что сама по себе земля – ничто. Из нее не нацедишь молока, не приготовишь шашлык, не укроешься в ней от дождя и холода, не облачишься в нее, не положишь ее в карман, не наденешь на руку. Земля – только условие и возможность, аванс, обещание владеть богатством (в виде скота, домов, золота), а так же приумножать его. Но, чтобы обратить эту возможность в реальность следует хорошо потрудиться на ней.

Это – с одной стороны, а с другой – без земли немыслима жизнь. Она фундамент и основа даже самого убогого, примитивного существования. Скот, дома, наряды – дело наживное и преходящее. Земля – ценность непреходящая и вечная. Потому-то обладание ею составляло и составляет необходимое условие жизни не только цивилизованного человека, но и первобытного охотника. А истинный хозяин непобедим, покуда твердо стоит на своей земле обеими ногами. Стоит, однако, оторвать его от неё, как он тут же лишается сил.

Власть предержащие традиционных цивилизаций если не головой, то нутром очень хорошо чуяли, какую опасность представлял для них свободный хозяин земли. Он не потерпел бы власть трутней над собой. Он разрушил бы пирамиду неравенства. Что могло быть страшнее для тех, кто привык жить чужим трудом? Вот почему они всеми силами противились тому, чтобы право личной собственности распространялось на землю, т. е. чтобы она становилась частной 40.

Подводя итог сказанному, мы может видеть, что именно отличает частную собственность. Характеризуют ее две особенности, связанные с назначением и составом. Во-первых, она порождает рынки спроса и предложения товаров и услуг. Она – капитал, рабочая лошадь, тягловая сила, мотор, сердце и кровь рыночного хозяйства. Во-вторых, она включает в среду своих интересов землю.

Назначение личной собственности значительно проще и скромнее. Она удовлетворяет сугубо личные потребности индивида и играет пассивную роль в рыночном обороте. (К примеру, львиную долю собственности госслужащих составляет личная собственность, которая участвует в товарообороте лишь в качестве «поверенного» для потребителя). Кроме того, она не претендует на обладание землей в качестве объекта рынка.

У древних греков, как и других цивилизованных народов, земля поначалу также являлась общественной собственностью. Какие же причины заставили их пойти на разрыв со священными обычаями предков? Историки не находят никаких особых причин, вызванных внешними обстоятельствами – войнами, катастрофами или голодом, которые могли бы побудить их сделать этот шаг. Между тем, требовались очень и очень глубокие основания, чтобы фактически отмести прошлое прочь. Ведь измена издавна заведенным порядкам грозила изрядным потрясением для коллективной памяти нации. Единственное объяснение случившемуся состоит в решимости всей массы греческого народа взять свою судьбу в свои руки.

Они польстились не на богатства, поскольку даже не догадывались о колоссальных возможностях частного хозяйства. Их прельстила мечта о личной независимости от власть имущих, от государства. И они хорошо понимали, что эту независимость им не видеть до тех пор, пока они не станут совершенно самостоятельными (автономными) в хозяйственном отношении. Ведь для них уже тогда не являлось тайной, что политическая (социальная) и экономическая независимость неотделимы друг от друга, они взаимосвязаны.

Более того, они понимали, что одна невозможна без другой: политическая воля защищает свободу рынка, плоды экономической деятельности укрепляют позиции соответствующей политики. А мысль или мечту о свободе заронили в их коллективное сознание идеи гуманизма. Это они побудили совершить грандиозную по своим последствиям революцию в коллективных представлениях древних греков. Вся дальнейшая экономическая история Европы и Запада в целом прошла под знаком реализации идей гуманизма в области собственности и рыночных отношений.

Итак, собственность, как видим, понятие многоликое и многогранное. С точки зрения общества она бывает живая и мертвая.

Живая собственность – это капитал, работающий на производство и потребление. Мертвая собственность – это клад, спящий в сундуках или чулках.

С точки зрения индивида, собственность может быть как средством самозащиты от тирании общества, так и орудием насилия над обществом, т. е. и благом, и злом.

И, как говорилось, она бывает личная и частная (наряду с общественной и государственной собственностью). Перегородка между ними очень тонка, ее имя – психология вместе с входящей в нее системой экономических, политико-юридических и моральных ценностей.

Когда индивид рассматривает собственность как клад, с которым нет сил расстаться даже для её умножения, её оправдано толковать как личную. Когда собственность признают как капитал и пускают в оборот для умножения самой себя и развития экономики, то она – частная.

Частная собственность и экономика – хозяйственные реалии гражданского общества. Инициатива развития того и другого принадлежит гуманизму.

Потому что он видит свой долг в достижении разумного баланса между частными интересами хозяйствующих субъектов и интересами всего общества.

Темы для обсуждения

1. Что не позволяло земледельцам Востока изменить свою жизнь к лучшему?

2. Каким образом гуманизм вторгается в экономику?

3. Почему социализм проиграл в экономическом соревновании с капитализмом?


39 Личная собственность также некоторым образом участвует в рыночном обращении капитала, но лишь косвенным образом – стимулируя производство через потребление его продукции.

40 В Древнем Вавилоне и Древнем Китае делались робкие попытки узаконить частную собственность. Но власть очень скоро убеждалась в том, что потом приручить ее – затея безнадежная. И тогда она давала задний ход.

<< Предыдущая страница Оглавление Следующая страница >>

 

Яндекс.Метрика