Содержание сайта =>> Российское гуманистическое общество =>> «Здравый смысл» =>> 2007, № 1 (42)
Сайт «Разум или вера?», 02.07.2007, http://razumru.ru/humanism/journal/42/glushakov.htm
 

ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ Зима 2006/2007 № 1 (42)

ГУМАНИСТИЧЕСКАЯ ПЕДАГОГИКА

С гитарой

по музеям

Евгений Глушаков

 

 

Со времени отмены крепостного права ничего в России не переменилось: как освободил Александр II россиян, так они и теперь свободны–свободны от истинного просвещения, от достатка, от справедливого оградительного действия законов. Так же мучаемся, сквернословим и пьём. И нет большего удовольствия для нашего алкаша, как налить своему малолетнему сыну. А куряке-подростку всего прикольнее угостить сигареткой младшего товарища. И захотелось не то, чтобы решить, но хотя бы подступиться к этим проблемам. И попалась под руку гитара…

Попробуй, расшевели!

Автобусные экскурсии для московской ребятни не в новинку. По школам они проводятся круглый год, но дороговаты. Не по карману многим детям, из которых не у каждого и родители в полном комплекте. Как же проводят свой выходной день бирюлёвские мальчишки – не те, кого отцы забрали погостить в новые семьи, а те, кого выпроводили матери, поджидающие друзей и подруг?.. Слоняются или «притарчивают» по подъездам или у кого «хата» свободна! Напитки, травка, секс… Деньги у старших всегда есть. Где берут – неизвестно. Год, другой – и эти старшие, не меняя своих привычек, становятся взрослыми. Работать не работают. Время от времени сидят. А матери, уже состарившиеся, кормят их, разрываясь от жалости к ним и физической невозможности содержать на свою скудную пенсию и ничтожный приработок.

Тем не менее дворовой футбольный клуб «Добрыня» постарался не оставить и этих ребят в стороне. К мячу потянулись и мелкота, и подростки, и парни, уже отслужившие в армии, и даже мужчины. Однако, футбол нагружает в основном ноги и мало чего даёт голове, используя её разве что для верхних передач и ударов по воротам. Вот если бы к этому прибавить нечто умственное, духовное…

В гостях у Поленова

Услышав, что автобусная экскурсия будет бесплатной, «Добрынинцы» оживились. И не столько их художник Поленов привлёк (и слыхом не слыхали!), не столько живопись интересует, сколько обрадовались возможности наконец-то поехать на экскурсию. Да и можно представить, как наскучили им родные дворы, являющиеся, из-за отсутствия специальных площадок, местом ежедневного выгула: каждый – для полусотни собак, среди которых встречаются экземпляры чуть ли не с лошадь…

Туристический автобус свернул с кольцевой дороги и взял направление на Тарусу. Невдалеке справа промелькнул, как многотрубный крейсер, и потонул в клубах фабричного дыма Подольск. Через час обозначился на горизонте и Серпухов. Остался позади и он.

Экскурсия началась сразу же по выезде из Бирюлёво. И не только о великом русском живописце, авторе «Московского дворика», пошла речь, но и о его товарищах-передвижниках: Репине, Крамском, Шишкине… Узнали мы, что такие замечательные художники, как Левитан, Остроухов и Коровин, были попросту учениками Поленова. Услышали мы и про Подольскую картинную галерею, крупнейшую в Московской области. И о Куликовской битве было упомянуто, и о Владимире Серпуховском – родном брате Дмитрия Донского.

Человек в пути как-то особенно открыт. Это давно заприметили мелкие торговцы, карточные шулера и поездные воры. Хорошо, что для подобной открытости нашлось и такое доброе применение, как автобусная экскурсия. Но вот мы в усадьбе художника. И дом построен по его эскизам, и всё в нём вплоть до дверных ручек – порождение фантазии Поленова. И картины, картины… Ребята смотрят, проникаются. А всё-таки чучело крокодила, подвешенное под потолком, произвело едва ли не большее впечатление. Но, думаю, запомнилось и другое… 1941 год. Немцы у Тарусы. И дом Поленова, и его искусство оказались на переднем крае нашей обороны. И вот как-то прифронтовой ночью двадцать фашистских разведчиков переправились на правый берег Оки и проникли в помещение Музея. Может быть, они рассчитывали найти тут штаб? Однако же, ничего не взяв и не нарушив экспозиции, удалились. Кстати, в наше время двадцать человек – стандартный размер экскурсионной группы.

Кругосветное путешествие

Не все российские помещики так мучительно переживали своё благополучие, как Лев Толстой. Однако и Поленов заботился о народе малоимущем. Больницу для крестьян построил, школу. Ёлки новогодние в господском доме для деревенских ребятишек устраивал. Теперь эту ёлочную традицию поддерживают сотрудники Музея.

А ещё придумал Поленов для босяков удивительную забаву. Зная, что они, как и предки их, по извечной недоле и хлебопашескому призванию обречены «зреть в корень», решил гуманный помещик раздвинуть горизонты сельского окоёма и сирым показать мир. Игра, изобретённая художником, так и называлась – «Кругосветное путешествие». На листы плотной бумаги наносились два изображения: на одной стороне – акварелью, на другой – масляными красками. Детвора рассаживалась в затемнённой комнате перед небольшим, в размер листа, смотровым окошком, в которое поочерёдно вставлялись листы, повествующие о заморских странах. Зажигался свет, и ребята какое-то время разглядывали акварельную картинку с изображениями диковинного зверя или сказочно-прекрасного города. Затем свет в комнате гасили, а зажигали за окошечком. И в темноте перед изумлённой публикой возникало, уже на просвет, изображение, выполненное маслом. Таким образом, перед зачарованной детворой в эпоху, ещё не ведавшую кинематографа, проходили в лучах волшебного фонаря, чередующего дни и ночи, то пальмы тропические, то киты атлантические, то многопалубные океанские пароходы…

И подумалось: а чем отличаются наши дети от той деревенской бедноты? Точно так же болтаются всё лето на улице беспризорные. Ещё только первая завязь образуется по садам, которые на московской окраине не полностью перевелись, первая завязь только, а голодные мальчишки уже по целым дням не слезают с деревьев. Набивают карманы и пазухи рубах, а то и прямо в пустые желудки упаковывают жёсткую зелень, цветом подстать которой становятся и сами, страдая не проходящими летними поносами.

А что если устроить им «кругосветку» и не на бумаге – хотя бы по Москве? И выделил муниципалитет деньги на еженедельные экскурсии для тех самых ребятишек, у которых ни дач, ни путёвок, ни поездок к родственникам, а только раскалённый асфальт и громогласная матерщина толкущихся во дворе алкоголиков. И взялась это дело организовать Любовь Григорьевна Трифонова. А в помощники пригласила руководителей популярных в «Бирюлёво Западном» детских клубов: шахматно-шашечного – «Белый слон», и футбольного – «Добрыня».

Не один десяток лет водившая туристические группы по лесам и рекам, горам и долинам, Любовь Григорьевна и теперь всегда имела при себе походный синтетический коврик, незаменимый на привалах даже в условиях города. Кстати пришёлся и её дар остроумной и весёлой рассказчицы. Ценнейший, необходимейший в экскурсионном деле человек, особенно, если по музеям ходить с гитарой. А именно в гитаре и была изюминка затеянного.

Разве соблазнится современный подросток эдаким интеллектуальным времяпрепровождением, как посещение музея? Нет, конечно. Однако если взять с собою гитару и иметь на примете ближайший водоём… Сочетание музея с пляжем, экскурсии с купаньем, а отдыха с гитарой – это было уже вполне привлекательно. И наши культурные вылазки последовали – среда за средой.

Кому – флигель, а кому – дырка от бублика

Прежде чем изведать тенистую прохладу Царицынских прудов, группе предстоял обычный экскурсионный маршрут: с горочки под Баженовским мостиком да в горочку на мостик, да по мостику к другому Баженовскому мостику; да на флигель Кавалерский посмотрели, да мимо ещё двух Баженовских флигелей прошли, один из которых Екатерина II для своих любовных свиданий предназначила, а другой для приёмов… И вся эта прогулка – вокруг огромного лежащего в руинах Казаковского дворца.

Ну, а как вышли к хлебному флигелю, имеющему форму бублика с дыркою – хозяйственным двором, тут и конец экскурсии. Рассказали нам многое и о многом, а внутрь нигде не пустили. Берегут. Реставрация недёшево обошлась. Поаплодировать бы доброхотам, пробивающим огромные суммы на восстановление эдаких памятников. Но это вопрос тонкий, деликатный, особенно если вспомнить, что далеко не каждый в отечестве нашем и зарплату свою вовремя получает.

Кто-то и цыкнет на меня, мол, какие могут быть колебания, какие сомнения между необходимостью реставрировать шедевры и возможностью выплатить зарплату, мол, памятники важнее… А согласился бы такой вот ревнитель старины пожертвовать своим личным заработком на восстановление обветшавших древностей?

Поглазели мы на окна стрельчатые, на кровли нарядные; послушали про слияние стилей, восточного и западного; и пошли купаться. И было непонятно: ежели внутрь не входить, так зачем и воссоздавать это объёмное изображение да ещё в натуральную величину? Не проще ли было нарисовать на картинке?.. Впрочем, возможно, достанутся эти дворцы в субаренду кому-нибудь из новых русских. И, хотя сама Екатерина и все её наследники пренебрегли и местом этим, и архитектурным ансамблем, может быть, ещё забурлит здесь жизнь весёлая, закрутится казино со стриптизом и прочими нехитрыми услугами? Тогда и Кавалерский флигель оживёт, и флигель для интимных встреч, и всё прочее…

Фонтан слёз… по бывшему Союзу?

Экскурсия на ВДНХ поразила нас рядом открытий. Во-первых, явно устаревшей символикой фонтана «Дружба народов». Во-вторых, мы обнаружили за павильоном «Цветоводство» отличную площадку для мини-футбола, оборудованную резиновым покрытьем. Естественно, футболисты бирюлёвского «Добрыни» не преминули сюда раза 3 – 4 наведаться, благо, проезд по каникулярному сертификату бесплатный. Третьим нашим открытием были автоматы газированной воды. Где ещё в Москве кроме ВДНХ можно выпить стакан не подкрашенной газировки почти за бесценок?.. И, наконец, четвёртое наше открытие – Останкинский пруд, прилепившийся к Выставке со стороны Шереметевского дворца. Чудное место для купания! Прекрасный пляж с множеством отдыхающих. Возле мостков, с которых ребятня, разбежавшись, ныряет, постоянно дежурит машина скорой помощи. Только жаль, ни тентов, ни деревянных зонтиков нет. Впрочем, от солнца можно укрытьсяи в тени огромного щита с надписью «Купаться запрещено»…

Но как же всё-таки переназвать этот фонтан в центре ВДНХ, как подыскать имя этим всё ещё золотым фигурам молодых женщин, уже не так весело и высоко поднимающих свои поредевшие снопы и не столь дружелюбно смотрящих друг на друга? Может быть, «Фонтаном слёз»? Ведь и ВДНХ уже не ВДНХ, а ещё один московский вещевой рынок вроде нашей бирюлёвской Покровки.

Львы и грифоны Ветеринарного института

Богатыми людьми были князья Голицыны. И Царицыно, облюбованное Екатериной II, поначалу им принадлежало. И усадьба в Кузьминках – тоже их вотчина. За десять вёрст хаживала сюда дореволюционная публика на прогулку. Английский пейзажный парк, роскошные пруды… Через десятиметровые чугунные ворота, отлитые на Уральских заводах Демидова, пройтись – тоже удовольствие для обывателя, тоже – триумф! Чугунные львицы и грифоны, украшающие ограду, когда-то свидетельствовали о княжеском достоинстве владельцев усадьбы, об их родственной близости к царскому трону. Но и теперь, когда в Голицынском дворце и его уцелевшем флигеле разместился Ветеринарный институт, эти животные, царящие над земной и небесной фауной, тоже оказались кстати.

Интеллигентные сотрудники научного учреждения, скорым шагом проносившие по тенистым дорожкам фрагменты будущих диссертаций, со всевозможными извинениями то и дело просачивались через нашу группу. Тут же и лохматые собаки, больше напоминающие бродячих, чем подопытных, лениво басили в нашу сторону. А вот маляр, красивший ворота, отложил кисти и, присоединившись к нам, удивлялся каждому сообщению экскурсовода: «Вот, мол, где работаем!»

Время – безжалостный правдолюбец. Всякую строительную уловку и халтуру изобличает. Где они – поздние египетские пирамиды, вслед за Хеопсом и Рамзесом, возводившиеся весьма высоко, но – кирпичной кладкой, но – набитые изнутри всяческой трухой и лишь сверху облицованные плитами известняка? Чего греха таить – и наши предки ставили подчас нечто огромное деревянное, покрывали штукатуркой, расписывали да раскрашивали и получались – палаты каменные с бельведерами и портиками. А прошло сто – двести лет, и вся эта труха, гниль древесная наружу повылезла – срамота! И реставрировать нечего…

Всеми своими деревянными рёбрами проступил и Голицынский конный двор. А вот больница народная и богадельня при усадьбе оказались не бутафорские. До сих пор стоят. Подновили их немного, и держатся. Спасибо князьям, что хоть малую толику труда подневольного имели слабость возвращать сирым да убогим.

А какие славные пруды в Кузьминках. Бережок песчаный – чудо! Недаром их облюбовала для отдыха компания молодых американцев, предпочтя Флориде и Канарам. На пруду они появляются с утра. Вешают сетку и два на два играют в пляжный волейбол. Вяловато у них получается. Мы бы их обставили. Но – культура! У каждой команды своя форма – шорты, майки определённого цвета. Догоняли мы Америку, догоняли, а так и остаёмся по дикости своей где-то на уровне австралийских аборигенов. Взять хотя бы пляжные кабинки в Кузьминках. Каждая вроде лабиринта, где Тесей убил Минотавра, только поминиатюрней. Так вот люди наши преспокойно приспособили их под «М» и «Ж». Американцы туда не заходят и переодеваются, очевидно, у себя в отеле.

Пляж у Кремлёвской стены

 
 

В Александровском саду

Оружейная палата встретила нас всем великолепием посольских даров. Золотые и серебряные блюда, кубки, братины… Полное конное и пешее вооружение русских ратников и немецких рыцарей. Камзолы долговязого Петра и сребротканые платья, в которых венчались на царство пышногрудые Екатерины и Елизавета. Тут же императорский каретный парк, равно удивляющий как аляповатой красивостью, так и грандиозностью повозок – целые дома на колёсах со спальней, столовой и санузлом.

По залам оружейной палаты и ребята, и взрослые проходили в каком- то столбняке изумления перед немереным богатством казны российской, столь разительно оттеняющим народную нищету.

Колоритная экскурсия. Ребята и с Царь-пушкой накоротке пообщались, и Царь-колоколу разбитому посочувствовали. Жаль только, что – центр, и купаться ну, совершенно негде! Впрочем, наши бирюлёвцы в Александровском сквере обнаружили какую-то бутафорскую речушку с расставленными по руслу скульптурами: «Иван с царевной-лягушкой», «Старик с золотой рыбкой»… Говорят, что это фрагмент реки Неглинной, уже давным-давно загнанной в трубу. А по мне так – фрагмент водопровода. Ребята, самые отчаянные, и тут умудрились искупаться. Забирались на руки бронзовому старику и золотой рыбкой ныряли в изрядно хлорированную воду «Неглинной». Искупаться в какой-то сотне метров от Кремлёвской стены – экзотика!

Завтрак на траве

Кусково – одна из самых элегантных московских усадеб. Умопомрачительные праздники закатывались тут графами Шереметевыми. До четырёх тысяч приглашённых! И все сыты, напоены, обласканы и развлечены. Летняя резиденция – дача, попросту говоря… Прогулявшись по дворцам да по аккуратному под линеечку парку, решили отдохнуть тут и мы. Выбрались за ограду и оказались ещё на одном нелегальном пляже. Народ загорает, купается. Кто-то огромную резиновую надувную рыбу запустил в Кусковский пруд и плавает, как на ершовском ките. Некие умельцы лесенку приладили, чтобы старым и малым с набережной к воде спускаться. А молодые разгоняются и – бултых!

Нужно сказать, что погода нас не подвела ни разу. Даже в августе. Конец недели – какой угодно: и дождливый бывал, и холодный. Но к среде обязательно и вода прогрета, и солнце на небе. Руководитель футбольного клуба обеспечивал экскурсантов мячами, бадминтоном и плавательной маской, «Белый слон» – шахматами и шашками. А у Любови Григорьевны всегда с собою имелся, хоть и небольшой, но очень вместительный термос с горячим чаем, которого по примеру пяти евангельских хлебов чудесным образом хватало на всех. И ещё она доставала из сумки и угощала каждого аппетитными, изумительной белизны гренками с очень вкусной хрустящей корочкой.

Есть, где купаться, и жителям Бирюлёво. Совсем рядом, за кольцевою дорогой, имеется весьма обширное, окружённое лесом водохранилище. Москвичи сюда и на машинах заруливают, и на электричке приезжают. В жаркие дни – тысячи отдыхающих.

Правда, позапрошлым летом людям с чувствительным обонянием находиться здесь было невмоготу. Уж очень смердела дохлая корова, сваленная кем-то на берегу. Запашок по ветерку далеко разносился. А нынче ничего. Только вот битого стекла много. Молодёжь с ящиками пива наезжает. А кто покруче – с коробами водки.

Однако же, вокруг водохранилища по всему четырёхкилометровому периметру имеются помойки – естественные, через каждые пять-семь шагов. Народ покультурнее в эти кучи и сваливает свои отходы. Прочие возле себя оставляют. Вода мутнющая. Дна не видно и там, где по щиколотку. Ступаешь с осторожностью сапёра. Нащупал пяткою что-нибудь стеклянно-жестяное, нагнулся, вытащил и выкинул на берег. Экология! А места волшебные. Займись ими высокое начальство с финансами, стали бы жемчужиной Подмосковья!

Загадки Третьего Рима

 
 

В Новом Иерусалиме

Перед посещением другого Шереметевского дворца – в Останкино – многие уже попискивали: «Опять будут грузить? Лучше сразу – купаться!» Но когда в музейных тапочках, напоминающих охотничьи снегоступы, ребята заскользили по прохладным паркетным анфиладам среди картин и скульптур, их, точно магнитом, притянуло к экскурсоводу. И заслуга в этом, разумеется, самой Лидии Николаевны Борисовой, которая сразу же предупредила присутствующих в группе взрослых: «Я буду рассказывать для детей. Не обессудьте!» И грузила, грузила… А ребята только рты от изумления раскрывали. Услышали они тут и про Золушку российскую – крепостную актрису Парашу Жемчугову, ставшую женою графа Шереметева, и про бедную овечку, истлевшую в лаве извергавшегося Везувия и теперь представшую статуей из гипса, залитого в образовавшуюся пустоту…

Не дворец – шкатулка с сюрпризами! Когда ребята не обнаружили себя в мнимом зеркале одной из комнат, пережитое ими смущение едва ли уступало мистическому страху суеверных гостей графа. А загадка дворцового театра с опускающимся зрительным залом, воссоздать механизмы которого не под силу современным учёным, наверное, и по сей день волнует мальчишек, тревожа их инженерную мысль? Впрочем, всё это не уменьшило восторгов группы при переходе к водным процедурам. Вода в Останкинском пруду чистая, прозрачная, что позволяет видеть на дне пластмассовые бутылки и банки из-под пива. А сверху плавают москвичи и москвички.

Кто покруче, известно, отдыхают на Гаваях да на пляжах Большого кораллового рифа… А для прочих и на троллейбусе до Серебряного бора доехать – дорого. Вот и лепится загорающая Москва возле своих многочисленных прудов, которые оборудованы только табличками, запрещающими купаться. Ни раздевалок, ни туалетов! С тех пор, как по примеру древних римлян, правительство Москвы решило, что деньги не пахнут, и превратило отхожие места в коммерческие предприятия, запахли подъезды домов, подворотни, скверы и проходы за гаражами.

«А тапочки родимые…»

Прогулочный теплоход отправлялся в 11 ч. 30 м. от пристани, что напротив гостиницы «Россия». И последние 300 метров от Красной площади мы бежали, размахивая, кто рукою, кто сумкою – лишь бы привлечь внимание капитана и матросов, отдающих швартовые…

Никто из ребят не пожелал понять, что муниципалитет оплатил только тридцать билетов, и явились на экскурсию чуть ли не в тройном количестве. А мы – взрослые, их сопровождающие, оказались не способны оттолкнуть, оставить в задымлённом Бирюлёво ни единого из мальчишек и девчонок, пожелавших прокатиться по центру столицы на теплоходе.

И вот по сходням, перед онемевшими от изумления капитаном и матросами, устремилась вся наша абордажная команда. «Сколькоже вас?» – ошарашено спрашивает стоящий на контроле матрос. А ребята всё движутся и движутся. Взрослые начинают мяться да мямлить, мол, несколько более тридцати… Но дети, незнающие лукавства, услужливо называют точную цифру, которую успели усвоить во время пересчётов по дороге… «Ладно, – обречёно вздыхает капитан, оглядывая бирюлёвскую голытьбу, – только сообщите в Пароходство, что мы не рвачи какие-нибудь…»

И здорово же – прокатиться по Москве на теплоходе! Тут и Кремль – справа по борту, и памятник Петру Великому – слева по борту, и «Храм Христа Спасителя» – справа по борту, и Парк культуры – слева… И Воробьёвы горы, и Университет, и Лужники… А за кормой – пенный след, а по носу встречные теплоходы, нами приветствуемые: «Ура - а!»… Но сопровождающим не до красот. Только и бегай с палубы на палубу - следи, чтобы кто из детей не нырнул в покрытую мазутной плёнкой волну по примеру пловцов, прыгающих с набережной и салютующих нам брызгами… Впрочем, обошлось. Всех довезли до дома живыми и невредимыми. А потери невелики: у одного мальчишки тапочек свалился за борт и исчезнул в кильватерной струе, а у другого в метро – шлёпанец упал на рельсы. Так шлёпанец даже извлекли: дежурная по станции длинною палкой с крючком подцепила. Техника!

«До самых до окраин…»

На Останкинскую телебашню ребятишки отправились с особенным энтузиазмом. Ведь после экскурсии – купание в местном пруду, который успел полюбиться. Особенно доска, проскользив по которой, так приятно шлёпнуться в воду. Впрочем, купание купанием, но ведь эта башня – одно из самых высоких сооружений в мире!

И опять на контроле пропустили всю ватагу, не считая. И вот – обзорная экскурсия. Отсюда, с головокружительной высоты – и ВДНХ, и Кремль, и Кусково, и Царицыно, и Кузьминки – как на ладони. И все пруды, где купались, видно. И всё-всё!

Но и ничего лишнего. Плакаты, запрещающие таблички с такой верхотуры не различишь. И никакого мусора, никакой суеты. И Москва открывается просто и величественно во всём своём древнем и современном великолепии. Вечный город – величайшая из столиц!

Послесловие

Эта статья была написана десять лет назад. За это время рукопись успела побывать в редакционных портфелях многих уважаемых изданий. И предполагалась, что она будет напечатана… Но все обещания оказались лишь поводом к столь длительной проволочке. Устарела ли она – судить читателю.

Скажу только, что все эти десять лет наши еженедельные летние экскурсии продолжались. Хотя и не без потерь. На четвёртом году музейной одиссеи была вынуждена покинуть нас Любовь Григорьевна Трифонова. Тут и непростые личные обстоятельства, и заманчивые предложения со стороны экскурсионных коммерсантов. Остались одни воспоминания от «Белого слона». И только «Добрыня», на то он и богатырь, ещё держится: играет в футбол и всякое лето, с июня по сентябрь, проводит музейно-пляжные прогулки по Москве. И уже не гитара сопровождает нас, а портативные магнитофоны и плеера, музыка, которую при желании так легко поделить на двоих, если каждому из пары вставить в ухо по белой пластмассовой затычке.

 

Яндекс.Метрика