Содержание сайта =>> Российское гуманистическое общество =>> «Здравый смысл» =>> 2011, № 4 (61) – 2012, № 1 (62)
Сайт «Разум или вера?», 01.06.2012, http://razumru.ru/humanism/journal2/61_62/kuvakin2.htm
 

ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ • Октябрь 2011 № 4 (61) – март 2012 № 1 (62)

НЕТ КЛЕРИКАЛИЗАЦИИ ШКОЛЫ!

Нужна ли школе
«светская этика»?

Адресуется всем православным учителям и родителям

Протоиерей
Борис Пивоваров

 
 

Есть свет и тьма, есть благородство и низость, есть чистота и грязь: до первых надо дорасти, а до вторых стоит ли опускаться? Выбирай достойное, а не лёгкое.

Академик Д. С. Лихачёв

Дорогие родители и учителя!

Первый этап очень важного педагогического начинания по преподаванию в 4 – 5 классах школ некоторых регионов Российской Федерации комплексного курса «Основы религиозных культур и светской этики» близится к завершению.

По официальным данным многие родители выбрали для своих детей-школьников «Основы православной культуры». Но получается так, что большая часть родителей выбрали «Основы светской этики». Но был ли этот выбор, а если был, то был ли он осознанным?

В самом начале апробации комплексного курса, состоящего из шести модулей-предметов, было чётко сформулировано условие: сторонники того, или иного модуля не должны критиковать содержание другого модуля. Однако идеологи так называемой «светской этики» сами же нарушают этот принцип, систематически противопоставляя верующую часть населения атеистам. Они доказывают, что «духовно-нравственная культура не равняется и не является синонимом религиозной культуры» (член-корр. РАО Н. Ф. Виноградова. «Учительская газета» № 44, 1.11.2011 г.), подчёркивают, что религиозное мировоззрение противоречит науке и «может обладать деструктивным потенциалом» («Книга для учителя», изд. «Просвещение», 2010. С. 3, 8). А сторонников «Основ православной культуры» при этом постоянно призывают к толерантности. Приход православного священника в школу называют прямым нарушением Конституции («Книга для родителей», изд. «Просвещение», 2010. С. 5), как будто мы живём по Конституции РСФСР 1918 г. (23 и 65 статьи этой Конституции, как известно, поражали в правах «монахов и духовных служителей церквей и религиозных культов»). Между тем даже со времён «сталинской» Конституции 1936 года священнослужителей нельзя считать деклассированным элементом, а уж тем более теперь их нельзя считать людьми «второго сорта», которым запрещён вход в светские школы.

Поскольку, к сожалению, продолжается идеологическая воина атеистов-секуляристов со сторонниками духовно-нравственного воспитания своих детей на основе традиционного для России культурно-исторического и духовно-нравственного наследия, то необходимо сказать правдивое слово о так называемой «светской этике», предлагаемой, а иногда прямо навязываемой родителям при выборе модуля-предмета комплексного курса «Основы религиозных культур и светской этики».

***

В январе 2010 года на XVIII Международных Рождественских Образовательных Чтениях Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл предупредил родителей, что «светская этика» – это предмет по сути своей атеистический: «Многие, не вполне осознавая значение термина “светская этика”, склонны полагать, что речь идёт о светском этикете, о правилах приличия. Наши сограждане должны знать, что светская этика – это нерелигиозная, то есть атеистическая мораль».

Святейший Патриарх также сказал: «Сегодня всё ещё приходится слышать критику со стороны сторонников агрессивного секуляризма по поводу преподавания “Основ православной культуры”. Зачастую делаются необоснованные утверждения о нарушении Конституции, декларирующей светскость Российского государства, что якобы должно исключать всякую возможность преподавания основ религиозной культуры в общеобразовательной школе. При этом односторонне перетолковывается само понятие светскости, в результате чего оно фактически отождествляется с атеизмом. Вместе с тем практически отсутствует критика в адрес преподавания светской этики – по сути нерелигиозной этики».

На XIX Международных Рождественских Образовательных Чтениях (24 января 2011 г.), Святейший Патриарх Кирилл сказал: «Не следует ставить знак равенства между светскостью и нерелигиозностью. Смешение этих понятий ошибочно и опасно, ибо влечёт за собой игнорирование прав и свобод многих миллионов сограждан, относящих себя к той или иной религиозной традиции. Российская Федерация, как и другие страны Русского мира, является светским государством, но это ни в коей мере не означает возможности ограничения прав и свобод верующих. Верующие люди – такие же граждане своей страны, как и неверующие, и приходят в школу как равноправные участники образовательного процесса».

Поэтому при выборе модуля-предмета по ОРКСЭ или смене модуля родители должны ясно осознавать, что так называемая «светская этика» – это не какой-то мировоззренчески нейтральный предмет, а атеистический учебный курс, который не случайно противопоставляется основам религиозной культуры, а следовательно – и традиционному для России духовно-нравственному воспитанию.

Главной задачей учебного предмета «Основы православной культуры» является духовно-нравственное воспитание школьников, основанное на родной православной культуре, к которой принадлежит ребёнок и его родители; воспитание российских школьников в любви к своей Родине, к Отечественной истории, к сокровищам тысячелетней православной культуры России. Недаром же действующее законодательство гласит, что Православие имеет особую роль в истории России, в становлении её духовности и культуры (Закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» 1997 г.).

Что же является основой «Основ светской этики»?

Термин «этика» используется в русской философии лишь со второй половины XIX века, а термин «светская этика» вообще не имеет традиции в русской философской мысли. В европейской традиции теория морали, начиная с Аристотеля, всегда именовалась этикой (философией морали), но никогда – светской этикой. В школах Германии, например, имеется предмет «Этика», однако нет предмета «Светская этика». Потому он и не противопоставляется основам религиозной культуры и религиозному воспитанию.

Нелепое внедрение так называемой «светской этики» в одном ряду с основами религиозных культур – это не что иное, как попытка идеологов атеизма представить свою секулярную «светскость» как неорелигию. Тогда атеисты получают возможность продолжать воспитывать школьников в безбожии. При этом они всё время подчёркивают, что «Основы православной культуры» должны иметь только информативно-культурологический характер и не ставить задачи религиозного воспитания.

На самом деле «светская этика» не может и не должна быть альтернативой основам религиозной культуры, поскольку любая культура, и религиозная прежде всего, не исчерпывается этическим содержанием. Дети должны иметь возможность изучать основы православной культуры, а не основы православной этики (или основы иных религиозных этик). Если безбожники ратовали бы за некую отвлеченную «светскость» (без атеистического содержания), то им тогда следовало бы предложить модуль «Основы светской культуры». Однако они назвали свой модуль «Основы светской этики», так как хотят сохранить монополию на атеистическое воспитание школьников. И в этом им усердно помогают солидарные с ними средства массовой информации.

Никакой «светской этики» как целостного и дисциплинарно внятного учебного предмета не существует. Если Русская Православная Церковь в «Основах социальной концепции» (2000 г.) смогла чётко сформулировать этические нормы (веками оправданные!), то в современном секулярном обществе нет никаких чётких конвенциональных норм и ценностей. Нет их не столько в силу собственной исторической ситуации России, сколько в силу общих нравственных и социальных проблем мирового сообщества.

Так называемая «светская этика» при её изучении превращается в «универсальную этику», «глобальную этику» или «индивидуальную этику» (см. «Книгу для учителя» по ОРКСЭ), то есть полностью теряет смысл сама этика, как учение, отличающееся от вседозволенности. Постепенно «светская этика» превращается в этику одного человека. Согласно учению Ницше, человек сам «может стать источником своих собственных ценностей и проверять эти ценности своим “собственным огнём”». Так и в учебном пособии для учащихся «Основы светской этики» содержится учение, вполне согласное с Ницше: «Светская этика предполагает, что человек сам может определить, что такое добро, а что такое зло». (Изд. «Просвещение», 2010. С. 7)

Поскольку само представление о добре в «истории светской этики» эволюционирует, то и призыв к нему становится не только безосновательным, но и бессмысленным. Возникает вопрос – что же на самом деле существует: «Основы светской этики» или «этика отсутствующих основ»?…

В «Рабочей тетради для учителя» содержатся такие вопросы (для учащихся), что их задавать-то детям нельзя, если учитель не желает сам подтолкнуть школьника на путь оправдания зла.

Существует ещё одна сторона проблемы.

Мало того, что многим родителям без достаточного разъяснения была рекомендована «светская этика», и не раскрыты цель и задачи «Основ православной культуры». В модуль-предмет «Основы православной культуры» (как и в модули по другим религиозным культурам) усиленно внедрялась так называемая толерантность.

Что такое толерантность?

Если открыть словарь медицинских терминов, то в нём найдём следующее определение: Толерантность (tolerance) – снижение или полное отсутствие нормальной реакции на какое-либо лекарственное или иное вещество, вызывающее проявление в организме определённых симптомов. Например, толерантность к лекарственному веществу (drug tolerance) может развиться в результате длительного приёма какого-либо лекарства. Для достижения эффекта больному приходится постоянно увеличивать дозу принимаемого препарата. Некоторые лекарственные вещества, вызывающие у человека толерантность, также могут приводить и к развитию зависимости от них (Большой толковый медицинский словарь. 2001).

Следовательно, толерантность – это уступчивость живого организма к инфекции, потеря способности защищаться. Внедрение этого слова в современную культуру и жизнь – это насмешка над теми, кто его употребляет, не догадываясь о его сути. Следуя исходному значению термина, современный человек должен терпимо относиться к любой социальной заразе.

Не всякий выбор – очевидно нравственный выбор. Поступок человека определяется по направлению – положительному или отрицательному. А если критерия нравственности нет, если объявляется, что человек – сам себе критерий, то мы, безусловно, придём (если не пришли) к индивидуально понимаемой нравственности, то есть к нравственному плюрализму.

Академик Д. С. Лихачёв составил такую заповедь: «Есть свет и тьма, есть благородство и низость, есть чистота и грязь: до первых надо дорасти, а до вторых стоит ли опускаться? Выбирай достойное, а не лёгкое».

Воспитание, основанное на религиозной традиции и культуре, даёт вполне определённый ответ на вопрос: «Как надо жить?». – Надо стремиться к свету, к добру.

Светская этика, утверждая самодостаточность человека, прежде всякого вопрошания отвечает: «Живи как хочешь!» И это звучит очень привлекательно. Однако плоды такой «светскости» и такого «просвещения» очень горькие: это показывает и социальная статистика, и в целом окружающая нас действительность, и всё возрастающие проблемы воспитания детей и молодёжи.

Непонимание очевидностей – один из признаков нашего времени. «Общечеловеческие ценности» и «мультиконфессионализм» – это миражи. Чем ближе человек старается приблизиться к ним, тем сомнительнее их очертания. А мирное жительство представителей разных национальностей и вероисповеданий обуславливается не так называемой «светской этикой» и пресловутой «толерантностью», а освоением родной религиозной традиции и культуры. Знающий и любящий свою родную историю и культуру человек будет уважать и доброжелательно относиться к другим людям, независимо от их национальности или верования. Непомнящий родства своего рискует превратиться в человека крайних взглядов.

Всякий раз, когда речь заходит о модуле «Основы светской этики», невольно возникает вопрос: «От имени кого преподается этот новый для Российской Школы предмет и чьё учение он предлагает?» Ответа нет. Автор (или авторы) учебного пособия «Основы светской этики» почему-то скрыл своё имя (или свои имена) …Кто или что скрывается за этой анонимностью? Скрывается воинствующий секуляризм, который, продолжая борьбу с религией, верующих людей призывает к толерантности.

На XVIII Международных Рождественских Образовательных Чтениях Святейший Патриарх Кирилл сказал: «Поскольку русская религиозная традиция является неотторжимой частью как национального культурного наследия, так и Отечественной истории, курс Основ православной культуры призван донести до юного гражданина нашей страны понимание того, насколько тесно переплетены и нераздельны понятия «Россия» и «Православие».

«Это принципиально важный шаг на пути долгожданного воссоединения образовательного и воспитательного процессов в контексте школьного обучения. Тем самым закладывается краеугольный камень в систему преемственной передачи подрастающим поколениям ключевых представлений о нашей национальной идентичности», – говорил Святейший Патриарх.

Целостным, духовно-нравственным, социально-ориентированным мировоззрением школьник будет обладать в том случае, если получит возможность свободно изучать и осваивать родную религиозную культуру. Так называемая «светская этика» не имеет ни внятной концепции, ни научно-педагогической основы, ни исторического опыта. А горькие плоды плюралистического «просвещения» и воспитания очевидны.

Если в школе нормально изучать предмет «Этика», то в него непременно надо включать прежде всего христианскую этику, как это делается во многих европейских странах. Потому что в основе европейской культуры лежит христианская вера. А так называемая «светская этика» прививает ницшеанский, то есть антихристианский взгляд на человека, на судьбы человечества. Вот что скрывается от родителей, когда им предлагают выбрать модуль «светской этики». А ведь зачастую никакого выбора и нет! Школами оформляется «липовая» документация о якобы проведённых собраниях с родителями, либо эти собрания проводятся, но родителей ставят перед фактом о том, что «в нашей школе будет преподаваться только “светская этика” так как условий/педагога/учебного времени и т. д. для “основ православной культуры” нет».

Но этот «выбор без выбора» является профанацией самой идеи курса ОРКСЭ!

Родители учащихся всех классов должны иметь полноценную информацию о цели и задачах учебного предмета «Основы православной культуры».

Родители учащихся должны иметь реальные представления и о так называемой «светской этике», благодаря которой атеисты хотят сохранить атеистическое содержание всего общего образования.

Родители учащихся должны иметь реальный выбор предмета-модуля комплексного курса ОРКСЭ.

В настоящее время подводятся итоги первого этапа апробации курса ОРКСЭ. И в связи с этим необходимо напомнить, что противникам «Основ православной культуры» пока не удалось вытеснить из комплексного курса ОРКСЭ учебный предмет «Основы православной культуры». Хотя на протяжении двух лет они настаивали на том, чтобы оставить только два модуля: «Основы светской этики» и «Основы мировых религий». Особенно старался Общественный совет при Министерстве образования и науки, состоящий по большей части из противников «Основ православной культуры».

Теперь ими же предпринимается попытка внедрить в каждый из четырех модулей курса ОРКСЭ ещё по пять или более общих уроков (по четыре общих урока в программу и учебные пособия они уже внедрили на первом этапе апробации). Получится уже 9 или более общих уроков (треть учебного курса). «Не мытьём, так катаньем» секупяристы хотят нивелировать духовно-нравственное воспитательное значение «Основ православной культуры». Всё это не что иное как новая попытка из «Основ православной культуры» (буддийской, исламской, иудейской) фактически сформировать учебный курс «Основы мировых религий».

Поэтому в настоящее время, когда готовится расширение преподавания основ религиозной культуры в школе (в новых субъектах РФ, в разных классах, не только в 4-м и 5-м), важно знать и понимать – какие огромные усилия предпринимаются пропагандистами так называемой «светской этики» и апологетами светского (в их понимании внерелигиозного) преподавания основ религиозной культуры чтобы:

1) не позволить большему числу родителей и учащихся свободно выбирать «Основы православной культуры»;

2) сам предмет-модуль «Основы православной культуры» так разбавить мультиконфессиональностью, чтобы совершенно выхолостить из него традиционное православное духовно-нравственное воспитание.

В связи с этим всем православным родителям нужно хорошо знать свои права: они имеют полное право на образование и воспитание своих детей в соответствии с собственными православными убеждениями.

Протокол № 1 от 1 ноября 1998 года к Конвенции Совета Европы «О защите прав человека и основных свобод» (ст. 2 «Право на образование») гласит: «Никому не может быть отказано в праве на образование. Государство при осуществлении любых функций, которые оно принимает на себя в области образования и обучения, уважает право родителей обеспечить такое образование и такое обучение, которые соответствуют их религиозным и философским убеждениям».

***

Президентская инициатива по введению основ религиозной культуры в школе достигнет цели только в том случае, если не будут продолжаться попытки под прикрытием борьбы за светский характер образования навязывать учащимся материалистическое мировоззрение. Говоря об имеющихся трудностях апробации «Основ православной культуры», Святейший Патриарх Кирилл сказал: «Очевидно, в данном случае мы имеем дело с попытками идеологизировать школьное образование, под прикрытием борьбы за светский характер школы навязать учащимся материалистическое мировоззрение. Следует прямо сказать, что значение президентской инициативы состоит как раз в том, что она удовлетворяет все присутствующие в обществе запросы, предполагая уважение к свободе выбора каждого человека».

 

 

ЛИКБЕЗ ДЛЯ ПРОТОИЕРЕЯ

ЛИКБЕЗ ДЛЯ ПРОТОИЕРЕЯ

ЛИКБЕЗ ДЛЯ ПРОТОИЕРЕЯ

 

Валерий Кувакин

 

Клерикализм в России не только ползуч, но и прыгуч. Время от времени он делает прыжки в сторону государства во имя извечных объятий с ним и главенства в школе, в культуре и обществе в целом. Одним из таких прыжков стала активность «самой традиционной» религии в России, православия, точнее РПЦ (МП) в связи с введением изменённого в рамках Федерального государственного стандарта общего образования (декабрь 2010 г.) курса «Основы религиозных культур и светской этики», называющегося теперь «Основы духовно-нравственной культуры народов России». Активность клерикалов обострилась и в связи с прояснением итогов преподавания в ряде субъектов РФ предметов, разработанных в рамках поручения Президента РФ о преподавании основ мировых религии и светской этики (июль 2009 г.) и открывшего новый этап введения религиозно ориентированных учебных предметов в общеобразовательную государственную школу 1. Дело в том, что как выяснилось, школы и дети не так уж охотно выбирают основы «религиозных культур», предпочитая изучать либо историю религий, либо предмет «светская этика». Так, например, в Санкт-Петербурге по сообщениям прессы «Основы православной культуры» выбрало только 13 % родителей и учеников 2.

Вот на этом фоне и появляются «обращения» к православным учителям и родителям, подобные тому, с которым обратился к ним протоиерей Борис Пивоваров.

Коль скорее речь идёт о школе и преподавании, то первейшим делом является уровень грамотности преподавателя. С этого – с проверки грамотности протоиерея, рвущегося в школу, – и хотелось бы начать.

Начнём проверку его «диктанта».

Борис Пивоваров: «…Идеологи так называемой “светской этики”… нарушают этот принцип [не критиковать содержание другого модуля – В. К.], систематически противопоставляя верующую часть населения атеистам. Они доказывают, что “духовно-нравственная культура не равняется и не является синонимом религиозной культуры”… подчёркивают, что религиозное мировоззрение противоречит науке и “может обладать деструктивным потенциалом”».

Валерий Кувакин: Почему это предмет «светская этика» стал «так называемым»? Его широкая известность началась с того времени, как Президент РФ Д. А. Медведев в 2009 году употребил это выражение на встрече с церковными иерархами. Если Б. Пивоваров не знает этого, то это его ошибка, если знает, то тем более…

Является ли понятие «духовно-нравственная культура» синонимом понятия «религиозная культура»? Разумеется, нет, первое шире второго, так как нравственная культура растворена во всех областях культуры, как религиозной, так и нерелигиозной, как церковной, так и внецерковной, светской. Так что никакого противопоставления здесь нет, есть различение, установление разницы в содержании понятий, поэтому замечание ошибочно.

Может ли религиозное мировоззрение противоречить науке и обладать деструктивным потенциалом? Да, религия и наука в своих утверждениях сплошь и рядом противоречат друг другу: религия говорит, что есть чудеса, наука чудеса отрицает, считая заявления о них вымыслом, христиане верят, что Бог сотворил мир за шесть дней, наука говорит, что это противоречит всем экспериментальным данным о природе Вселенной и т. д. Здесь ничего не поделаешь – разные области культуры и сознания. А деструктивного потенциала у религии слишком много. Сегодня едва ли не все локальные конфликты замешаны на религиозных противоречиях: католики и протестанты в Ирландии, сунниты и шииты в Ираке и многих других странах, христиане и мусульмане в Нигерии или Судане… Перечислять эти случаи устанешь, а для отца Бориса их как будто бы и нет. Наивное (а быть может и притворное) заблуждение! Оно прискорбно ещё и потому, что говорит о правовом невежестве батюшки: во многих наших законодательных актах есть выражение «религиозный экстремизм». Или протоиерей думает, что это относится к любым другим религиям, но только не к православному христианству? Тогда это нужно доказать и потребовать изменения законов, например, везде, где идёт речь о разжигании религиозная розни иди религиозной ненависти, указывать хотя бы в скобках, что эти понятия никакого отношения к православию не имеют. (А для чистоты утверждения вывезти, скажем, тех же неистовых «хоругвеносцев», на знамени которых вполне «детсадовский» лозунг «православие или смерть!», на какой-нибудь необитаемый остров.)

Б. П. «Приход православного священника в школу называют прямым нарушением Конституции…»

В. А. А что же, прикажете называть это нарушением косвенным? Нет, это именно прямое нарушение Конституции РФ, в частности, её 14 статьи. Чтобы понять это, нужно вспомнить, о чём в ней сказано: «1. Российская Федерация – светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной. 2. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом».

Если Россия светское государство, то церковь отделена от школы. Это всем понятно. Если православный священник приходит в школу, то он приходит в неё не как случайно зашедший человек, а как проповедник, представитель определённой религии и церкви – прямое нарушение принципа отделения школы от церкви. Плохо и то, что отец Борис не знает или забыл, о чём в связи с этим говорил Президент Д. А. Медведев. А он на упомянутой выше встрече с иерархами недвусмысленно сказал: «Выбор учеников и их родителей, конечно, должен быть абсолютно добровольным – это важнейшее дело. Любое принуждение по этому вопросу не только носит незаконный характер, но и будет абсолютно контрпродуктивным. Преподавать эти предметы будут светские педагоги…». Священник – не светский педагог. Вопрос закрыт. Ошибка и неграмотность батюшки – незнание Конституции и выступлений Президента – зафиксированы. А причитания относительно «второсортности» священников, которым «запрещён вход в светские школы», следует рассматривать как разговоры в пользу нищих 3.

Впрочем, я, видимо, слишком строг к протоиерею Борису Пивоварову. В конце концов он не юрист и в толковании законов не обязан быть докой. Смягчающим обстоятельством является и то, что он повторяет ошибки, которые черпает из обязательных для него источников, слов патриарха Кирилла (В. М. Гундяева). А патриарх действительно немалый путаник в ключевых понятиях. Достаточно сопоставить две цитаты, которые приводит отец Борис: «Наши сограждане должны знать, что светская этика – это нерелигиозная, то есть атеистическая мораль». А вот второе высказывание патриарха: «…перетолковывается само понятие светскости, в результате чего оно фактически отождествляется с атеизмом». Так кто же перетолковывает понятие «светский», отождествляя его с атеизмом? Тот же патриарх! Как же не путаться здесь протоиерею? А ведь это главное заблуждение или фальсификация в статье против светской этики, которая клеймится как атеизм.

Это заблуждение доходит порой до гротеска. «Не следует ставить знак равенства между светскостью и нерелигиозностью», цитирует батюшка патриарха. И здесь же делает прямо противоположный вывод: «Поэтому при выборе модуля-предмета… родители должны ясно осознавать, что так называемая «светская этика» – это не какой-то мировоззренчески нейтральный предмет, а атеистический учебный курс…» Элементарная логика подсказывает: если нельзя ставить знак равенства между светскостью и нерелигиозностью, то такой же знак нельзя ставить и между светской этикой и атеизмом.

В сущности, всё обращение протоиерея – сплошное нагромождение противоречивых утверждений. Смысл светской этики запутывается окончательно, поскольку она и нелепа, и вид «неорелигии», и попытка «сохранить монополию на атеистическое воспитание школьников». А в конце концов, «никакой “светской этики” как целостного и дисциплинарно внятного учебного предмета не существует».

Что же не позволяет отцу Борису выбраться из этой путаницы? Предположительно, вольная или невольная мешанина из главных понятий: «светский» («секулярный»), «нерелигиозный», «атеизм». Позволю себе дать небольшой урок ликбеза для протоиерея Бориса Пивоварова.

Светскость или секуляризм – это тождественные, вполне устойчивые и юридически строгие понятия. Светский или секулярный – это, прежде всего, отделённый от религии и церкви. Главное здесь именно отделённость и разделённость. В своих крайних формах секуляризм может означать государственную политику изъятия у церкви собственности и другого имущества в свою пользу. Самым известным актом секуляризации был Манифест о секуляризации монастырских земель, подписанный в 1764 г. Екатериной II. Монастыри были лишены 911 тыс. крестьян, ставших государственными, а число монастырей было сокращено более чем в два раза. Слова «секуляризм», «секуляризация», «секулярный» давно известны в России. Сегодня их основной смысл связан с принципом отделения церкви от государства, т. е. от всех государственных учреждений: от армии и школы до суда и высших государственных органов страны. Кого в этом контексте следует считать секуляристом или человеком светского мировоззрения? Прежде всего такого гражданина, который выступает в защиту конституционного принципа светскости и против всяких форм слияние государства и церкви. То есть секулярист – это антиклерикал, противостоящий всяким усилиям церкви и государственных чиновников нарушить принцип отделения религии и церкви от государства. Человеком секулярного мировоззрения может быть и верующий, и атеист. Оба они одинаково не приемлют союз государства и церкви, осуждают всякие поползновения к теократии. Если этого не понимать, то и получится как у протоиерея Бориса, – сплошь и рядом противоречия и невнятицы.

Ещё меньше православные священники и теологи проявляют желание разобраться с понятиями «неверующий» и «атеист». Для них все неверующие – атеисты, а все атеисты – неверующие. При этом атеисты, как теперь внушает РПЦ, – это плохие, безнравственные люди. На деле всё совсем не так. Современное российское общество отличается большим мировоззренческим многообразием и сложностью. Откуда берётся эта сложность? Её рождает сама жизнь с её высокой степенью миграционных процессов, перемешиванием культур, стилей жизни и социальной динамикой в целом. Важным фактором размывания традиционных верований и возникновения новых являются и современные СМИ, в которых разнообразные религиозные и нерелигиозные идеи, паранормальные верования, научные факты и представления идут общим потоком, перемешивая и размывая догмы и верования всякого рода. В целом это ведёт к упадку влияния религии на жизнь людей, к ослаблению чистоты и строгости веры, к отходу от всяких религий или к созданию в головах людей конгломерата верований, предрассудков и научных представлений. Тем не менее в этом беспрестанном потоке синтеза и переформатирования убеждений можно выделить относительно стабильные типы нерелигиозного сознания. Основные среди них – атеизм, агностицизм, рационализм, скептицизм, индифферентизм, игтеизм. Одним боком к ним примыкают богоборцы и богохульники, которые верят в то, что бог есть, но он по тем или иным причинам их не устраивает. То есть эти недовольные или бунтующие против бога суть верующие, но они отнюдь не атеисты или скептики, хотя и находятся в особого рода оппозиции по отношению к религиям и трансцендентному.

Атеизм, как справедливо подчёркивает А. М. Крайнев, – это не какое-то целостное мировоззрение, теория или наука 4. Это критика всякого рода доказательств бытия бога, всяких теологий и фидеизма, которые утверждают, что существует некое высшее сверхъестественное существо. Атеизм выступает не против бога, а против всех видов теизма, поэтому в строгом смысле его нужно было бы назвать нон-теизмом. В этом есть своя логика: единственное, что нам твёрдо известно, – это не сам бог как таковой, а так называемые священные книги (Библия, Тора, Коран и др.) и богословские труды. Вот их-то недостоверность и показывает атеист.

Агностик – это другая разновидность неверия. Оно связано с утверждением, что познать бога разумным образом невозможно, хотя также невозможно и доказать его отсутствие. Рационалист делает основной акцент на то, что всякое разумное доказательство бога приводит лишь к обратному результату, т. е. к выводу о его несуществовании. При этом вера оказывается противоположностью разума, чем-то иррациональным и неприемлемым для всякого разумного человека.

Скептик – это скорее активный агностик, рационалист. Его активность состоит в том, что он критичен по отношению к утверждениям о бытии бога и требует выполнения принципа бремени доказательств: если кто-то говорит, что бог есть, то тем самым он берёт на себя обязательство доказать истинность этого утверждения. Пока что таких разумных и тем более фактических доказательств не существует. Скептик не отрицает и не доказывает бытие бога, он сомневается в его существовании, хотя и готов признать и то и другое, если будет доказано что-то одно из двух: бог есть или бога нет, так же как и агностик готов признать бытие бога, если будут указаны разумные пути его познания. Не случайно большинство учёных являются скептиками, которые в своих исследованиях не обнаруживают никаких свидетельств или следов божественного присутствия в мире.

Индифферентизм – это равнодушие и безразличие к чему-то или к кому-то. Безразличие по отношению к вере и религии порождает самую распространенную категорию неверующих. Многочисленность индифферентистов – выражение общей тенденции мировой культуры к росту безрелигиозности и увеличению светских областей социальной, культурной, бытовой, профессиональной и творческой деятельности. Современному человеку цивилизация открывает широкий простор реализации своих интеллектуальных и духовных потребностей, не связанных с религией.

Ну и наконец последний типаж в ряду названных – игтеист. К игтеистам (англ. igtheist, аббревиатура от ignorant theist, т. е. человек не знающий, не осведомленный о том, что такое теизм или богословие) можно отнести человека практически не знакомого с религией, её понятиями и языком. Он – человек безрелигиозной культуры, поскольку живёт в непересекающейся с религией сфере. В случае столкновения с религией такой человек склонен просто выразить недоумение и пожать плечами. Для него это будет просто иной, чуждый ему мир. Он даже едва ли поймёт, о чём говорит верующий, на каком языке он говорит. (В английском языке есть слово God-talk для обозначения этого особого, непонятного игтеисту языка.) Фактически таких людей немало. Их трудно назвать атеистами, а само это слово может ни о чём им не говорить.

 

Таким образом, современное сознание гораздо богаче, чем это представляют себе православные богословы, видящие людей лишь в двух измерениях – религиозном и атеистическом. Эта бедность восприятия является следствием общего невежества российского православного духовенства. А ведь кому, как не ловцам душ человеческих знать о том, что происходит в общественном и индивидуальном сознании современного человека в России.

Теперь после этого краткого терминологического анализа легче видеть, до какой степени непросвещённым оказывается нынешнее священство. Вот одна из типичных фраз протоиерея Бориса: «Нелепое внедрение так называемой “светской этики” в одном ряду с основами религиозных культур – это не что иное, как попытка идеологов атеизма представить свою секулярную “светскость” как неорелигию». Здесь что ни слово, то «тьма египетская». Почему «внедрение» светской этики в школу нелепо? Что это за «идеологи атеизма»? Хорошо бы увидеть хоть одного. Или, идеолог атеизма – это Президент Д. А. Медведев, предложивший «внедрить» светскую этику в школу? С огнём играете, батюшка. Секулярная светскость – это уж вовсе масло масляное, потому что секуляризм это и есть светскость. И причём здесь неорелигия? Как видим – полный ералаш в голове. Уж простите за выражение, но если это не ералаш, то что это такое? Столько бессмысленности, столько ошибок в одном предложении! Хочешь, не хочешь, а приходится ставить двойку.

Хотелось бы на этом закончить, но не получается, так как отец Борис такой ярый ниспровергатель общепринятых смыслов важных понятий, что попытка его остановить становится необходимостью.

Особое негодование вызывает у него слово «этика» в сочетании со словом «светская». Что же, словосочетание не совсем привычное и в чём-то спорное, учёные не употребляют такого понятия. Но легко видеть, что имеется в виду, когда мы говорим о такой этике: это построенное на рационально-научной основе учение о морали, не зависящей от религии. Действительно в истории мировой мысли есть две линии в понимании морали. Одна говорит о собственно человеческой морали и её человеческих основаниях, другая – о божественном происхождении морали, об абсолютных нравственных нормах, заповеданных человеку богом. В этом смысле светскую этику можно понять как такое представление о морали, которое является нерелигиозным. И в этом нет ничего экзотического, так как большинство людей моральны не потому, что боятся гнева божьего, а потому, что учитывают фактор общественного осуждения за аморальное поведение. Но отец Борис настолько замкнут в узком кругу догматического понимания морали, что для него всякая реалистическая и с неизбежностью непростая ситуация с этикой кажется катастрофой. Панические чувства, кажется, овладевают им, когда он пишет: «Так называемая “светская этика” при её изучении превращается в “универсальную этику”, “глобальную этику” или “индивидуальную этику” (см. «Книгу для учителя» по ОРКСЭ), то есть полностью теряет смысл сама этика, как учение, отличающееся от вседозволенности. Постепенно “светская этика” превращается в этику одного человека».

Хочу успокоит отца Бориса, никакой катастрофы здесь нет. Есть только непонимание или невежество. Этика, если к ней относится серьёзно, открывается как сложная и богато структурированная часть мировоззрения и общественных отношений. Эта сложность вытекает из сложности морального сознания и сочетания общих и особенных моральных норм. Коротко говоря, мораль «многоэтажна»: её основа – общечеловеческие или простые человеческие нормы; на неё опираются дополнительные моральные нормы, связанные с особенностями национального, регионального или религиозными сознания или традиций. Далее мы находим моральные представления, связанные с семейными традициями и даже с индивидуальными особенностями личности. Скажу «ужасную» для отца Бориса вещь: моральный облик человека также индивидуален, как и его лицо. И это естественно, ведь люди не оловянные солдатики.

Область моральных отношений издавна сопряжена со свободой выбора и ответственностью. По мере расширения морального круга, в который входят сегодня не только единоверцы,сограждане и люди других культур, но и животные и даже вся экология Земли, мораль усложняется, в неё входят всё новые и новые нормы и предписания. Отсюда и сосуществование «глобальной этики» и «индивидуальной этики». При этом степень личной ответственности за моральный выбор и поступок неуклонно повышается уже в силу обретения человеком беспрецедентной созидательной и разрушительной мощи. Человеку всё чаще приходится проявлять творческий подход к оценке моральной ситуации и принятию адекватного нравственного выбора.

Чтобы помочь людям в усложняющемся мире быть свободными и ответственными за свои поступки, современная этика особое внимание уделяет проблемам анализа нравственных коллизий и методам её разрешения. Иначе говоря, возрастает роль метода, оснастить которым не менее важно, чем рассказать о нормативной стороне этики. В конце концов, решение принимает конкретный человек, а не абстрактная норма. Отцу Борису кажется это катастрофой, поскольку «“светская этика” превращается в этику одного человека». Здесь, похоже, он не уловил главного. Этика предполагает себе подобного и в этом смысле она социальная или – шире – экологическая или планетарная этика, если иметь в виду масштаб охватываемого ею морального круга. Но в центре этического выбора стоит личность, она принимает решение и отвечает за него. И ей нужен для этого действительно «собственный огонь», мужество, достоинство, свобода, оснащённая современными методами и навыками принятия всякий раз уникального морального выбора. Непонимание этого вызывает у протоиерея Бориса недоумение, когда он сталкивается с принципиально важными суждениями современной этики. Ему видится ужасный призрак Ницше, когда он цитирует из учебника «Основы светской этики»: «Светская этика предполагает, что человек сам может определить, что такое добро, а что такое зло» (Изд. «Просвещение», 2010. С. 7.). Ницше здесь, конечно, ни при чём. Здесь непонимание простых вещей: этика должна научить человека быть морально самостоятельным и вменяемым человеком. Ведь если за него кто-то всякий раз будет решать, что такое добро и зло, то это будет не человек, а безмозглая пешка. Да, именно научить человека быть морально зрелым и этически грамотным и есть первейшая задача современной этики.

Нечувствительность протоиерея к современной моральной ситуации в России – источник его грубых ошибок в оценке ключевых и важных норм человеческих отношений. Так для него толерантность – это не искусство эмпатического отношения к другому человеку, способность к диалогу и компромиссу, а «уступчивость живого организма к инфекции, потеря способности защищаться» (звучит вполне как у Ленина, презиравшего всякие компромиссы). А традиционное для «истинно верующих» неприятие очевидных вещей: общечеловеческих нравственных норм и бытования в мире множества религий, – заставляет его делать довольно беспомощные утверждения: «“Общечеловеческие ценности” и “мультиконфессионализм” – это миражи». Выходит, что и золотое правило нравственности и существование других, кроме православного христианства, религий – это что-то не существующее в действительности.

И напоследок одно замечание юридического характера. В защиту права «традиционного православного духовно-нравственного воспитания» в школе протоиерей цитирует текст из Протокола № 1 к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод: «Никому не может быть отказано в праве на образование. Государство при осуществлении любых функций, которые оно принимает на себя в области образования и обучения, уважает право родителей обеспечивать такое образование и такое обучение, которые соответствуют их религиозным и философским убеждениям». Однако в этом совершенно справедливом принципе нет никакого указания на то, что родители или церковь имеют право на религиозное обучение в государственной школе. Этот принцип уважает и защищает право обеспечивать детям такое образование, которое соответствует убеждениям родителей. Но наряду с этим есть ясный принцип отделения религии и церкви от школы, поэтому это право должно реализовываться родителями не в общеобразовательной школе, а, скажем, в приходских или воскресных школах. Так что здесь – явная натяжка, попытка прикрыться международным правом для обоснования противоправных мыслей.

Трудно себе представить, как при таком слабом понимании ключевых понятий, при таких грубых представлениях о существе вопроса можно претендовать на обучение школьников духовности, нравственности и культуре. Не менее трудно представить себе, чтобы человек, плохо разбирающийся в вопросах этики и педагогики, стал вот так добровольно ввязываться в разговор о проблемах образования. Учитывая строгие порядки в РПЦ, легко себе представить, как это могло случиться. Вызвало протоиерея Бориса Пивоварова его церковноначалие и «благословило» на выпад против светской этики и неверующих. А он раб Божий взял под козырек (точнее камилавку) и ответил: «Будет сделано!» И сделал.

Ну, да Бог ему судья… и люди, ответственность перед которыми ему никто не отменял.


История вопроса вкратце такова. До 2009 года курс «основ православной культуры» преподавался в ряде регионов Российской Федерации в качестве регионального компонента школьного образования и решение о введении курса должен был принимать директор школы после сбора достаточного количества подписей родителей учеников за введение курса. Предмет позиционировался как светский. В 20 регионах страны (Московской, Смоленской, Курской, Рязанской, Самарской, Белгородской, Владимирской, Омской областях, Краснодарском крае и др.) местные власти заключили договоры с епархиями. В 2008 году курс являлся обязательным в пяти регионах. В 2009 году, в связи с изменением образовательных стандартов, региональный образовательный компонент был исключён. 21 июля 2009 года Министр образования и науки Российской Федерации А. Фурсенко сообщил о введении с 1 апреля 2010 года в ряде регионов России (19 регионов) в экспериментальном режиме, а при успешной реализации эксперимента – с 2012 года во всех регионах, образовательной гуманитарной программы «Духовно-нравственное воспитание» (впоследствии переименованной в «Основы религиозных культур и светской этики»), в рамках которой ученики по своему выбору или выбору их родителей (законных представителей) могут изучать любой из шести модулей: «история и основы культуры одной из традиционных религий (православие, ислам, буддизм, иудаизм)», «история основных мировых религий», либо «основы светской этики»
(Подробнее см. http://ru.wikipedia.org/wiki/%CE%F1%ED%EE%E2%FB_%EF%F0%E0%E2%EE%F1%EB%E0%E2%ED%EE%E9_%EA%F3%EB%FC%F2%F3%F0%FB).

«C 1 сентября 2011 года курс “Основы религиозных культур и светской этики” преподается в 21 городской школе. Подводя первые итоги, можно сказать – предпочтения родителей распределились следующим образом: 61,5 % из предложенных 6 модулей выбрали основы мировых религиозных культур, модуль, рассказывающий обо всех религиях понемногу. 25,5 % – основы светской этики. И только 13 % – основы православных культур. Основы исламской, буддийской и иудейской религиозных культур в Петербурге пока остались без учеников. Для всех ОРКСЭ станут обязательными уже через полгода», (http://www.fontanka.ru/2012/01/13/079/)

Вот в самом православии масса несправедливостей. Например (недавно узнал), ходить к исповеди и причастию женщинам, у которой месячные, оказывается нельзя. «Грязная» она что ли от этого естественного физиологического процесса? Больным, даже инфекционным в церковь идти и причащаться можно. Разве это не глупость? Да и в статье протоиерея явно чувствуется его высокомерное отношение к неверующим, она так и дышит презрением к атеистам! Примечателен и словарь пастыря, выдержанный вполне в духе марксистско-ленинской пропаганды: «продолжается идеологическая война атеистов-секуляристов со сторонниками духовно-нравственного воспитания». Если кто и хочет войны, то теперь уже не воинствующие безбожники, а воинствующие клерикалы. Дурной пример заразителен.

По словам А. Крайнева, «теизм» – вся совокупность учений, утверждающих существование бога. А… термин «а-теизм» получает смысл не отрицания (существования) собственно бога, а отрицания теизма, т. е. отрицания учений, утверждающих существование бога. Но отрицание учений об объекте не есть обязательное отрицание существования собственно объекта. Соответственно, атеист – человек, отрицающий учения, утверждающие существование бога, но совсем не обязательно отрицающий и, даже, вообще не обязательно затрагивающий вопрос о собственно существовании бога (Крайнев А. Итак, атеизм – это… // Здравый смысл, 2011, № 1 (58), с. 11.).

 

Яндекс.Метрика